РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

 

 

Источник: Куксинская Т.В. Селигерские земли. М., 1981. Все права сохранены.

Размещение материала в открытом доступе произведено: http://ostashkov.codis.ru. Все права сохранены.

В электронной версии материал приведен с сокращениями относительно печатного оригинала.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2012 г

 

   

Т.В. Куксинская

СЕЛИГЕРСКИЕ ЗЕМЛИ

 

Мерный перестук колес, поезд ближе и ближе подходит к станции Осташков, обозначенной маленькой точкой на больших географических картах. Средняя полоса России, юго-восточные склоны Валдайской возвышенности: 400 километров от Москвы и 450 — от Ленинграда. Резко и неожиданно меняется вид за окном. Уже не мелькают веселые хороводы белоствольных березовых рощ, реже встречаются раздольные равнины.

Вековые сосны и ели обступают железнодорожное полотно. Темнее и угрюмее становится лес. Кажется, все замерло в глубоком внутреннем напряжении, в ожидании необыкновенной встречи с лесным дивом — Селигером.

Тихо-тихо... Поднимается солнце. Высокое синее небо упало в воду. Большим зеркалом вдали блестит озеро. Лишь изредка разбегаются кругами легкие волны. У самой воды топкие заросли осоки. Берега невысокие, густо поросшие темными соснами, и лишь кое-где раскинулись поля. С пригорков как бы сбегают и смотрятся в воду маленькие деревеньки.

Часто люди называют озеро Селигером Селигеровичем. От этого имени веет былинной седой стариной. Озеро ледникового происхождения, образовалось примерно 25 тысяч лет назад, когда закончилась четвертая ледниковая эпоха. Последний ледник, отступая, нагромоздил холмы Валдайской возвышенности, талые воды затопили углубления и впадины. Так можно объяснить рождение Селигера и многих других верхневолжских озер.

Резко изломаны берега, длинные извилистые заливы глубоко врезаются в материк, рассекая непроходимые темные леса. Широко и привольно раскинулся Селигер, очертания береговой линии напоминают форму вытянутого креста. Скорее всего, название озера происходит от древнего финского слова (до славян эту территорию занимали угро-финские племена). В современном финском языке есть слово «selhea» (прозрачный, чистый), по звучанию его можно связать с названием озера.

Вообще история названий селигеровских земель удивительно интересна. «Вчитайтесь внимательно в географические наименования края. Вслушайтесь, например, в название плеса «Сва-пу-ща» — в этот шипящий звук словно растекающейся по песку волны. Или в резкий, как вскрик, название острова — Хачин! Не кажется ли вам, что сами они пришли из сказки? Случайно ли это? Нет. Селигер — это постоянные контрасты. Селигер —это легенды. Здесь быль и небылицы перемешаны как нигде, фантастика живет рядом с реальностью, а сказку невозможно отделить от исторического факта; чтобы добраться до истины, приходится подчас с трудом отыскивать ее среди преданий. Но когда устанавливается подлинный факт, то предания и легенды оказываются не менее ценными, ибо без них пропадает обаяние сказки, чарующее волшебство Селигера», — читаем в книге А. А. Галашевича «Художественные памятники Селигерского края».

На Селигере—около 160 островов. Точное их количество назвать трудно: во время сильной засухи у берегов города Осташкова, например, всплывали острова Званец и Козье. В недавние времена рыбаки сушили на них свои сети. Самый большой остров — Хачин, с тринадцатью внутренними озерами, а есть совсем маленькие островки, едва достигающие в диаметре десяти метров. Они называются в народе «всплышками».

В туманной вечерней дымке острова кажутся огромными горбами, выросшими на спине Селигера. Одна легенда рассказывает, что давным-давно жили два брата — Ильмень-озеро и Селигер-озеро, и была у них любимая сестра — Волга-река. Попросила однажды Волга братьев проводить ее к морю Каспию. Ночью проснулся Ильмень и увидел, что Селигер и Волга тайком от него ушли. Разгневался, разбушевался Ильмень и воскликнул: «О, неверный брат Селигер, пусть на твоей спине вырастут сто горбов!» И до сих пор старые люди говорят, что острова озеру как проклятье разгневанных богов за нарушение священной клятвы.

Селигер — две цепочки плесов, протянувшихся с севера на юг почти на 100 километров и с запада на восток—на 50. Площадь водной поверхности — около 260 квадратных километров, длина береговой линии — 590 километров. Множество рек и речушек (около 400!) впадают в озеро, вытекает из Селигера всего одна река — Селижаровка, впадающая в Волгу. Это самый крупный приток великой русской реки в начальном ее течении. Осташковский плес, омывающий город с трех сторон, — самый широкий.

Самое коварное место озера между островами Кличен и Городомля — Средний плес. В народе его называют «Чертовы ворота». Даже в тихую погоду в Среднем плесе пробегает искрящаяся на солнце рябь, у берегов беспокойно плещутся волны. Опасен в ветреную погоду и Кравотынский плес. На Селигере случаются штормы в семь-девять баллов. Средний плес зимой замерзает позже других, волны яростно борются с морозом. Следы этой битвы хорошо видны: образовавшиеся льдины не гладкие и ровные, а ребристые и острые.

Западная часть озера наиболее красива, здесь очень много островов. Особенно хороши они весной, когда их берега покрываются нежной зеленью. В воздухе стоит терпкий запах земли, цветов. Из прибрежных зарослей доносятся звонкие трели соловьев.

Восточная сторона озера суровее, сдержаннее. Берега спокойнее и ровнее. Селигер удивительно своенравен: противоположные берега его то расходятся, то сужаются так, что теплоход едва проходит. Самое узкое место называют рекой Полоновкой.

Севернее становится пустынно, безлюдно и торжественно. Меньше беспокойных хлопотливых чаек. Лишь изредка высоко над землей неторопливо пролетит цапля и скроется в прибрежных зарослях.

В чем заключается красота и неповторимость края? Наверное, в постоянном движении и резких, неожиданных переменах. Здесь нет однообразия. Весна в селигерских землях... Сначала это весна воздуха и света. Еще вчера по-зимнему хмурое небо вдруг голубеет, радостнее светит солнце. Все оживает и искрится в этом свете. Весна вступает в свои права. Деревья медленно сбрасывают зимние одежды и темной грядой стоят по берегам. Снег на озере становится рыхлым, с тихим перезвоном подтаивает. Лед на озере чернеет, с холмов сбегают звонкие ручьи. С криком носятся над озером белокрылые чайки. На маленьких островах, в зарослях осоки, устраивают они свои гнезда. В конце мая маленькие тихие заводи словно запорошены снегом — летит и ложится на воду легкий тополиный пух.

Лето наступает быстро. Озеро оживает. У берегов пробивается густая зелень молодой осоки. В самую жаркую пору, в июле, вода становится густо-зеленой от водорослей. Волны на солнце кажутся изумрудными.

Осень приходит неожиданно. Ее дыхание чувствуется уже с середины июля. Солнце становится холоднее, небо — тревожнее. Ветер срывает листья с деревьев и гонит их по воде. Наплывают бесконечные свинцовые тучи, клубятся и брызжут дождем. К сентябрю по всему озеру побегут «беляки» — белые пенистые волны, оставляющие на темной воде длинные дорожки. Медленно засыпает Селигер. Яркие отсветы восходов и закатов ложатся на озеро. Тонкие прозрачные льдинки застывают у прибрежного песка, их каемка растет и ширится. Зима заковывает Селигер в ледяной панцирь. Пушистым белым покрывалом ложится снег на темную землю и серебристый лед. Зима на Селигере длится почти пять месяцев.

По озеру издавна проходил древний торговый путь, так называемый Серегерский. Связывал он северные новгородские земли с соседними княжествами — Тверским, Владимиро-Суздальским, Смоленским и морем Хвалисским (древнее название Каспийского моря). Из Новгорода богатые купцы везли в заморские земли меха, лен, пеньку, мед, сало, а обратно возвращались с дорогими винами, пряностями, пестрыми персидскими коврами, шитой золотом турецкой парчой.

В древних письменных источниках отмечается, что уже в XII веке берега Селигера были густо заселены. Эти сведения подтверждаются результатами археологических раскопок. В районе Березовского, Полновского, Осташковского плесов открыто более двадцати поселений, относящихся к различным периодам эпохи неолита. В результате археологических исследований стало известно, что в IX веке в бассейне верхней Волги поселилось славянское племя кривичей.

Те далекие времена были тревожными, смутными. Заревом пожарищ на русской земле отмечен путь татар. В XIII веке жители этих мест ведут борьбу не только с полчищами азиатских кочевников. В 1225—1227, 1245, 1258 годах литовцы совершают кровавые набеги на мирные поселения кривичей. Литва захватывает западные и южные земли края, основывая здесь свои укрепленные города: Вселуг, Туд, Осечен. Северная часть — Березовец, Стерж, Глубокое — оставались во владении Новгорода, но должны были платить дань Литве.

Водный Селигерский путь имел большое экономическое значение. Естественно, что в период феодальной раздробленности из-за него возникали раздоры. Лишь в конце XV века эти места вошли в состав Московского княжества, ставшего центром объединения всех русских земель.

Польско-литовское государство неоднократно пыталось возвратить свои владения. В 1581 году Стефан Баторий напал на тихие деревеньки у истоков Волги. В начале XVII века походом на Русь двинулись поляки. По дороге к Осташкову они жгли слободы, разоряли деревни, превращали в пустоши села.

Пронеслись над землей века, заросли раны былых побоищ. Все эти события оставили своей неизгладимый след в памяти людской. До наших дней существует на Селигере название «Мыс Литвы». По-видимому, на этом месте произошла когда-то битва русских с литовцами.

В начале XVII века шведы тщетно пытались захватить богатые русские города Новгород и Псков. Неподалеку от Осташкова, на берегу Селигера, раскинулось старинное село Пески. Здесь, на границе новгородских и московских владений, в 1615 году происходили переговоры рус ских со шведами о перемирии (Столбовский мир заключен в 1617 году).

Все эти войны тяжким бременем легли на плечи и без того нищего, обездоленного русского народа. По всей Руси вспыхивают крестьянские восстания. Докатилась волна этих волнений и до селигерских земель.

Самым крупным было восстание 1717—1719 годов под предводительством Петруши. Многие богачи нашли убежище за толстыми монастырскими стенами Ниловой Пустыни. Отряды Петруши внезапно появились в деревне Сорога, где разорили монастырскую мельницу, а вскоре напали и на саму святую обитель. Но как и все крестьянские выступления, восстание было подавлено, а его зачинщики казнены.

В XVIII—XIX веках грозных военных событий в этих местах не было. Лишь во время Отечественной войны 1812 года в Осташкове размещались пленные французы. Жители Селигера в этот период продолжали заниматься рыбным промыслом, сельским хозяйством, появляется новое производство — кожевенное.

Счастливые перемены принес Октябрь 1917 года. Здесь, в Верхневолжье, шла большая подготовка к этой победе. В 1905 году на острове Кличен состоялась первая маевка. А через год в Осташкове была организована социал-демократическая группа.

10 ноября 1917 года в городе стало известно о победе вооруженного восстания в Петрограде. В Осташкове состоялся народный митинг, был создан временный военно-революционный комитет в составе большевиков Палыпина, Кочешова, Пискунова, Быстрова, Хожева, а вскоре во всем Осташковском уезде были созданы Советы.

Становление Советской власти происходило в условиях ожесточенной классовой борьбы. В феврале купцы, духовенство, бывшие офицеры организовали открытое выступление против Советов — Преображенское восстание. В городе создали Чрезвычайную комиссию для борьбы с контрреволюцией.

В августе 1918 года была раскрыта подготовка нового мятежа. В Осташков прибыла Селигеро-Волжская флотилия. Чекистам удалось обнаружить, что под фальшивыми документами скрываются белогвардейские офицеры.

В борьбе с мятежниками, разрухой и голодом преходило утверждение новой, народной власти. Под руководством большевиков жители древней селигерской земли вступили на путь строительства социализма.

Но мирное строительство было прервано 22 июня 1941 года. Уже в начале июля началось строительство оборонительных сооружений. В Осташкове началась эвакуация. Самое крупное промышленное предприятие — кожевенный завод был переведен в Семипалатинск.

К середине октября 1941 года фашисты заняли почти всю западную часть района. Враг находился в четырех-пяти километрах от Осташкова, но взять город ему так и не удалось.

В селе Святое размещался командный пункт Северо-Западного фронта. На базе 27-й армии была сформирована 4-я Ударная армия. В конце декабря командование армией принял прославленный полководец генерал-лейтенант, впоследствии Маршал Советского Союза А. И. Еременко. На территории Осташковского района действовала 3-я Ударная армия под командованием генерала М. А. Пуркаева. Подступы к городу защищала 249-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора Г. Ф. Тарасова.

Наступление советских войск началось 10 января 1942 года, а к концу месяца вся территория Осташковского района была освобождена.

Залечила раны войны наша древняя земля. Селигерский край стал зоной отдыха и туризма. Пока действуют четыре туристские базы — в Заречье, Новых Ельцах, Ниловой Пустыни, «Орлинка» (неподалеку от Пено); в дальнейшем планируется организация новых. Строительство будет вестись с учетом сохранения ценных лесных массивов и водоемов. Постановлением Совета Министров РСФСР от 6 января 1971 года селигерские земли объявлены курортом. В 10-й пятилетке на строительство туристских баз было выделено около 7,5 миллиона рублей. Существующие базы «Селигер», «Сокол», «Орлинка» будут значительно расширены. На центральном туристском маршруте — «Селигерской кругосветке» — появятся хижины для отдыха после походов. Для автотуристов у деревни Гуща будет построен кемпинг.

В 1974 году вышло в свет еще одно постановление Совета Министров Российской Федерации «О мерах по усилению охраны природы и улучшению использования природных богатств в бассейне озера Селигер Калининской области, а также развитию зоны отдыха и туризма в этом районе».

Для охраны неповторимой природы Селигера делается многое. Создан Селигерский специализированный лесхоз, его главной задачей стало сохранение лесных богатств, лесовосстановление с учетом ландшафтных особенностей. В 1967 году организовано государственное лесоохотничье хозяйство «Селигер», владения которого протянулись по всему восточному побережью озера. В этом хозяйстве создают заказники. На реке Крапивенке организован бобровый заказник. Строятся охотничьи сторожки, хижины, рыбацкие домики. У деревни Лежнево уже открыта крупная охотничья база. Любят Селигер и рыболовы. В озере обитает почти тридцать видов рыб.

Богат животный мир Верхневолжья. Самое крупное животное лось — царь селигерских лесов, многочисленны медведи, кабаны, различные водоплавающие птицы — утки, чайки, цапли, белые лебеди.


Город ОСТАШКОВ

Осташков очень маленький, с нарядными старинными домиками и высокими древними колокольнями, с прямыми и широкими улицами, выходящими к озеру. Летом городок тонет в зелени, а осенью шорох золотой листвы нарушает тишину улиц.

Когда смотришь на Осташков издали, со стороны озера, то кажется, что город будто поднимается из воды. За чертой старого Осташкова начинается новый, с большими серыми пятиэтажными домами...

Об истории названия города мы узнаем из легенды. Она повествует о крепости Кличен на Селигере, о разорении ее новгородцами и о том, что два рыбака — Евстафий по прозвищу Осташко и Тимофей — переселились с острова на соседний материк. Они-то и положили начало двум маленьким деревенькам, которые быстро росли и превратились в слободы. Слодобы в честь первых поселенцев стали называть Евстафьевской и Тимофеевской, а все поселение — Осташковом. Будущий город тоже стал Осташковом. Так было, если верить легенде.

А что говорят документы, относящиеся к тому далекому времени? В грамоте литовского князя Ольгерда патриарху Константинопольскому Филофею, датированной 1371 годом, значится: «Против своего крестного целования взяли у меня города Ржеву, Сишку, Осечен, Горышино, Ряску, Луки Великие, Кличень...»

Никоновская летопись рассказывает о кровавых событиях: набеге новгородской рати в конце XIV века на город Кличен. Летописец повествует о битве на берегах Селигера, о разрушениях в крепости. Сейчас от древнего укрепления остались валы, которые может обнаружить лишь опытный глаз археолога.

Возникновение городка Кличен связано с борьбой Новгорода, Литвы и Владимиро-Суздальского княжества за озеро Селигер и верховья Волги. 1371 год можно считать датой основания города Осташкова, даже если первоначальное наименование могло относиться только лишь к сравнительно небольшой части территории, входящей ныне в городскую черту.

Осташковская слобода была самой большой вотчиной Волоколамского монастыря. Более ста лет она платила незначительный оброк этому монастырю, о чем сказано в приходо-расходных книгах 1592—1593 годов.

Этот оброк продержался до 1592 года, когда старец Мисаил Берзнин «учинил над теми деньгами прибыли 112 рублев с полтиною». Уже в конце XVI века всего «емлют с Осташкова з году на год по Мисаильеву дозору по полтораста рублев».

Постепенно Осташковская слобода превратилась в большой посад. Жители занимались рыбным промыслом, кожевенным и плотницким делом, сельским хозяйством.

В XVI веке осташковские слободы окружили деревянной крепостной стеной. В 1608 году жители слобод добровольно сдали крепость Лжедмитрию II, за что понесли повинную царю Василию Шуйскому. Вскоре крепость захватили поляки. В битве за Осташков погибло много русских и поляков. На месте этого сражения в 1760—1762 годах был возведен Преображенский собор.

До наших дней сохранилась лишь колокольня (1787—1789 гг.), построенная осташковскими мастерами Иваном и Петром Парфеновыми-Фомкиными. Высокая, с большими проемами звона, завершена металлическим шпилем. Фасады богато обработаны рустом, пилястрами. Окраска здания в два цвета усиливает живописность сооружения. Интересно, что колокольня является почти точной копией колокольни Корсуньского собора в соседнем древнем городе Торопце. Закончена реставрация Преображенской колокольни, отремонтированы долго молчавшие часы. Теперь они бьют через каждый час, нарушая тишину парка мелодичным звоном.

В середине XVII века Осташков был включен в список пограничных с Литвой и Польшей городов и стал значительным стратегическим центром. В 1651—1653 годах в городе строят новую крепость. Она имела форму неправильного четырехугольника и располагалась на самой высокой, северо-восточной, части полуострова, замыкая в себе обе слободы. Протяженность стен составила 730 сажен, башен было 16, из них 5 шатровых. Только четыре башни были проезжими. Главный въезд в крепость находился в средней части южной стены. Селижаровская и Псковитинская башни указывали направления главных дорог к Осташкову. Торговая башня располагалась у древнего торга, находившегося на восточном берегу озера. Остальные башни назывались по фамилиям и прозвищам тех горожан, против дворов которых они стояли. В 1676 году крепость сгорела. Вскоре ее восстановили, но в 1711 году она вновь оказалась жертвой пожара. До сего времени от крепости остался «вальский столп», поставленный на месте Больших ворот в 1785 году.

В конце XVII века на территории крепости возводят два больших храма — Воскресенскую церковь и Троицкий собор. Самой древней (переделанной) постройкой во всем комплексе является колокольня Воскресенской церкви (1689 г.). Стройный восьмигранный кирпичный столп колокольни с ярусом звона увенчан высоким шатром с оконцами, обрамленными наличниками из фигурного кирпича.

Церковь строили в 1677—1685 годах. Композиция ее характерна для своего времени: храм — четверик с пятью главами и двумя рядами узорчатых кокошников. С востока — алтарная апсида, с запада — трапезная, крытая сомкнутым сводом, с юга и севера — приделы.

Воскресенская церковь была богато украшена: на барабанах — аркатурно-колончатые пояски, по фасадам — несколько видов наличников из фигурного кирпича, превосходный входной портал с каменными резными «дыньками». К сожалению, перестройки XVIII—XIX веков исказили первоначальный облик здания, а толстый слой штукатурки скрыл первоначальное «дивное узорочье».

Плоскости стен стали «сухие», мерно членятся большими окнами и пилястрами. Над четвериком появились треугольные фронтоны, со стороны приделов — «приставлены» колонные портики с небольшими фронтонами. Над трапезной возводят башенки. Все это резко изменило пропорции здания. В 1770 году интерьер был украшен лепниной, сделан новый иконостас, иконы писал осташковский живописец Яков Михайлович Колокольников.

Здесь же стоит Троицкий собор, построенный в 1697 году и по композиции схожий с Воскресенской церковью. Как и эта церковь, он неоднократно перестраивался на протяжении двух столетий. В 1774 году храм украсили барочной лепниной и росписями. В середине XIX века живопись была обновлена осташковским живописцем Г. Абабковым. При реставрации собора была снята поздняя штукатурка, и из-под нее проступили первоначальные каменные узоры. По сохранившимся следам, по аналогии близких памятников реставраторы восстановили здание. Теперь в соборе размещается Осташковский краеведческий музей.

Колокольня Троицкого собора стоит отдельно от храма. До сих пор не установлена дата ее постройки. Стилистический анализ се архитектурных форм позволяет утверждать, что она относится к 40—50-м годам XVIII века.

Неподалеку от собора находятся сохранившиеся до нашего времени гражданские сооружения, относящиеся к концу XVII—началу XVIII века. Самый старинный дом в Осташкове—жилой дом № 14 по улице Чайкин берег. Это двухэтажное здание с небольшими, асимметрично расположенными окнами. Поверхность стен неровная, углы уличного фасада обработаны широкими лопатками. С западной стороны за высоким деревянным забором виден перспективный портал, обрамляющий вход в здание. Внутри этого старинного дома — низкие тяжелые своды.

Напротив Троицкого собора, на улице Печатникова, стоят два дома (№ 5 и № 7) начала XVIII века. Фасады зданий развернуты относительно главной оси улицы, это еще раз подтверждает, что построены они до перепланировки города. Дом № 7 чем-то похож на крепость — он большой, суровый и крепкий. Внизу подклет с узкими окнами бойничного типа. Внутри здания сохранились своды.

Вплотную к нему примыкает маленький каменный дом № 5. Вероятно, в прошлом он был хозяйственной пристройкой.

В XVII веке осташковские слободы быстро разрослись, началось выселение за территорию крепости — на остров Житное и в место Старого Струговища. Неподалеку от Знаменского монастыря, в слободе Трестьянка, 9 июля 1669 года родился Леонтий Филиппович Теляшин, известный под фамилией Магницкого. Так его назвал Петр I за способность «притягивать», «примагничивать» к себе людей. В 1703 году этим ученым-математиком был составлен первый на Руси учебник «Арифметика, сиречь наука числительная». Значение книги Магницкого огромно. В предисловии к «Арифметике» говорилось: «Будет, сей труд добро пользовать весь люд».

К 50-м годам XVIII века Осташков в экономическом отношении был уже городом, но юридически продолжал делиться на две слободы.

В 1770 году императрица Екатерина II пожаловала Осташкову титул города. Осташков стал центром Осташковского уезда Новгородской губернии, а в 1772 году получил герб—щит, разделенный горизонтальной чертой на две части, вверху был изображен двуглавый орел (символ царского покровительства), а внизу на голубом поле — три рыбки (символ рыбного богатства края).

Для управления городом была создана канцелярия, выбран воевода. Для ведения делами учрежден магистрат, жители записывались кто в купцы, кто в мещане, приводились к присяге.

Началась регулярная застройка города. Автором генерального плана застройки Осташкова стал известный русский архитектор Иван Егорович Старов. План И. Е. Старова отличался большой четкостью. Новая сетка плана с его подчеркнутой симметрией накладывалась на старые неправильные по очертаниям кварталы города. Основные магистрали, как и на старом плане, были ориентированы в сторону озера, с трех сторон окружавшего город.

Толчком к широкой реконструкции города послужили пожары 1792 и 1799 годов, уничтожившие почти всю старую деревянную застройку. По новому плану в кварталах центра, на углах и по фронту главных улиц и площадей располагались каменные постройки, в остальных — деревянные. Композиционным центром Осташкова являлась торговая площадь с четырьмя корпусами гостиных дворов, расположенных по сторонам Преображенского собора.

Строительство велось не только строго по плану, но и по «образцовым проектам». Интересно ходить по улицам старого Осташкова. Понимая своеобразный, живой, неповторимый язык архитектуры, можно прочесть прошлое города. Архитектуру не зря называют «каменной летописью мира».

Дома XVIII века, построенные по «образцовым проектам», относятся к стилю барокко и делятся на два вида — раннего и позднего барокко. Ярким примером зданий первого типа является угловой дом по улицам Рабочей и Евстафьевской. Дом небольшой, двухэтажный, фасады прорезаны окнами с небольшими наличниками, у самой крыши — ряд «сухариков» и широкая лента карниза, по углам — филенки. Как правило, архитектурный декор подобных зданий несложный, все выступающие детали окрашены в белый цвет и отчетливо видны на ярком фоне стены.

Здания второго типа более живописны и декоративны, в то же время в них появляются элементы, предвосхищающие новый художественный стиль — классицизм. Одно из таких зданий — бывшее духовное училище (Евстафьевская, 38). Это двухэтажный кирпичный дом с небольшими окнами. Наличники широкие с массивным замковым камнем в центре, простенки между окнами обработаны рустом и пилястрами, этажи разделены декоративным пояском. На фасаде — лепнина, выше — дробный ряд «сухариков» и мелко проработанный карниз. Венчает здание причудливой формы аттик.

Почти ко всем старинным домам Осташкова примыкают большие каменные ворота. Это не случайно. Строители использовали этот прием для создания единого архитектурного ансамбля города. В Осташкове сохранились здания XVIII века, правда, многие из них значительно перестроены в последующее время.

В начале XIX века в Осташкове начинают строить здания в стиле классицизма. Дом художников Митиных (ныне улица Володарского, 32) — самая изысканная постройка в городе. Основу художественного облика дома составляет четырехколонный портик, отмечающий центр здания.

Формы и приемы новой каменной архитектуры постепенно проникали и в деревянное городское строительство. Стены обрабатывались пилястрами из досок и наличников, характерными для каменной архитектуры. Дома украшались резными мезонинами.

С середины XIX века в архитектуре наступает период ретроспективного стилизаторства, или эклектики. Одновременно развивается новая реалистическая тенденция, опирающаяся на достижения строительной техники. Об этом явлении очень хорошо сказал В. В. Стасов: «Архитектура имеет два лица — одно смотрит в будущее, другое — назад».

Характерный пример эклектики — трехэтажное кирпичное здание (ныне Ленинский проспект, 50). Этажи его резко отличны друг от друга. В верхнем — небольшие прямоугольные окна с наличниками, столь характерными для раннего барокко. Сдвоенные скругленные окна второго этажа напоминают окна итальянского дворца эпохи Возрождения.

Во второй половине XIX века в строительстве впервые используются естественные свойства кирпича. Кирпич небольшой, тщательно обработанный, кладка безупречная, штукатурка уже не применяется. Сооружения этого времени нельзя перепутать с какими-либо строениями другого периода (Ленинский проспект, 46 и др.)

Исключительно важное градостроительное значение имеют Житенный и Знаменский монастыри, комплексы которых окончательно сложились во второй половине прошлого столетия. Житенный монастырь обнесен кирпичной оградой, на всем протяжении обработанной лопатками, филенками, вверху — поребриком и широкой лентой карниза. Раньше вход в монастырь располагался на востоке. Здесь в 1768 году была построеяа надвратная церковь Иоанна Богослова. Трехъярусная, одноглавая, она близка архитектурным памятникам соседнего старинного города Торопца, где сложилась своя местная школа зодчества. Композиция здания характерна для культовых строений XVHI века: нижний ярус — четверик, над ним возвышаются два восьмерика. Устремленность вверх придают пилястры. Хорошо прорисованы барочные наличники.

За оградой, на территории монастыря, находится собор (1737 — 1756 гг.), сильно искаженный переделками. Композиция собора типична для подобных построек XVII века (архитектура провинции отставала от а рхитектуры столицы на 50—70 лет). Более того, многие детали фасада имитируют формы древнерусской архитектуры. На территории располагается также несколько одноэтажных келий (вторая половина XIX в.).

Знаменский девичий монастырь возник еще в XVII веке, первоначальных строений не сохранилось. Самое старое сооружение комплекса — монастырская ограда (1761—1762 гг.) — выходит на центральную улицу Осташкова. По углам ограды — невысокие восьмигранные башенки. Вход находился в западной части, над ним — Святые ворота. В 1862 году монастырь расширили к северу, и в новой части появилась еще одна башня.

Церковь Вознесения имеет свою историю. Кирпичный храм был построен в XVIII веке. В середине прошлого века он сильно пострадал от пожара, поэтому церковь отстроили почти заново. Эту работу выполнил осташковский техник Демидов. Сейчас храм состоит из летнего (холодного) и зимнего (теплого) храмов. Летняя часть более древняя, она относится к XVIII веку. Зимний храм более поздний (вторая половина XIX столетия). Особенно красива Вознесенская церковь издали — хороши ее пропорции, силуэт, вблизи обилие мелкого дробного декора снижает художественные достоинства сооружения.

В прошлом Осташков считался городом художников. Об этом повествуют документы XVIII—XIX столетий. - В «Генеральном соображении» по Тверской губернии за 1783—1784 годы в разделе сведений о живописцах и иконописцах значится: «В Твери—11; Вышнем Волочке—8, Ржеве — 2, Кашине — 1, Осташкове—42...» Известны целые династии осташковских ювелиров, резчиков, живописцев: Уткины, Верзины, Митины-Потаповы, Волковы, Колокольниковы, Конягины, Шолмотовы. Талантливые представители этих династий славились далеко за пределами Осташковского уезда: Живописцы Макарий Митин-Потапов, Иван Максимов и Дмитрий Львов в 1672 году были вызваны для написания гербов и персон в «Тйтулярник, или. Описание великих, князей и великих государей российских» для царя Алексея Михайловича. В XVIII веке в Царском Селе расписывали дворцы Г. Дерябин и Г. Уткин. Осташковские иконописцы Колокольниковы много работали для новой северной столицы. Резчики из Осташкова украшали царские дворцы в Павловске, Ораниенбауме. Русский путешественник И. Ф. Тюменин писал: «...Надо заметить, что в осташах замечается какая-то несомненно художественная жилка. В городе, в убранстве церквей особый своеобразный характер, влечение к светлому, веселому...»

Красота города привлекала многих русских писателей, художников.

В прошлом веке в Осташкове побывал известный собиратель русских народных песен Петр Васильевич Киреевский, здесь он записал 27 песен и один свадебный обряд.

В 60-е годы XIX века в Осташков приезжал великий русский драматург А. Н. Островский. Очень тепло отозвался он о людях сурового озерного края, называя их «первыми рыбаками на Руси».

В XIX столетии город Осташков был условно разделен на три части: в центре — торговая площадь, учреждения, восточный и западный берега заняты рыбаками, а южный — кожевенными заводами, по всему городу разбросаны кузни.

Рыбный промысел—самый древний промысел жителей селигерского края. Рыбу здесь ловили круглый год. Рыбаки надевали непромокаемые кожаные сапоги—«осташи», на руки—длинные рукавицы из бычьей кожи — «тягухи», спереди подвязывали фартук из бычьей кожи, пропитанный дегтем. Улов отправляли на продажу в Москву, Питер, Тверь. Вырученные деньги отдавали старшему, который распределял их поровну между членами артели.

Рыбный промысел породил много других: сетевязание, изготовление керамической оснастки, строительство лодок, кузнечный промысел. С XVIII века основным производством в Осташкове становится кожевенное. В 1730 году Савиным был открыт первый кожевенный завод. Предприятие быстро росло, особенно славился завод выделкой красной юфти. Кожи находили сбыт во многих странах мира.

Владельцы кожевенных заводов Савины стали практически хозяевами города. Уже в конце XVIII века их фамилия встречается в списке «правителей города». Савины владели не только кожевенными, но и сахарным заводом, чугунолитейной и ткацкой фабриками. Они считались «благодетелями» Осташкова: основали общественный банк. Если кто-то не мог вернуть долг в банк, должен был отработать у Савиных, в результате чего многие оказались в вечном долгу у заводчиков.

Картина социальных противоречий в Осташкове была та же, что и во всей России. И здесь зрел протест против бесправия, невежества и нищеты. Когда в стране вспыхнула первая русская революция, пламя ее охватило весь уезд. Осташковские крестьяне жгли постройки богачей, устраивали общие, собрания и сходки. Становление Советской власти происходило в трудных условиях. Жертвою кулаков и контрреволюционеров стал председатель первой сельскохозяйственной коммуны «Борьба» П. К. Кузьмин. Сейчас одна из улиц Осташкова носит его имя. В те же грозные дни при столкновении с кулаками, грабившими продовольственные склады, был убит первый уездный военный комиссар Орловский. Улица, на которой жил Орловский, названа его именем.

На окраине Осташкова, на полуострове Житное, есть братская могила с невысоким гранитным обелиском, обнесенная простой оградой. Здесь, на берегу Селигера, похоронены те, кто отдал свои жизни во имя великих идей Октября.

1941 год. Черные тучи фашизма нависли над нашей Родиной. Жители Осташкова, как и весь советский народ, внесли свой вклад в победу над врагом. В городе были приняты все меры по перестройке промышленных предприятий и учреждений на военный лад. Все население было мобилизовано на строительство оборонительных сооружений. На случай оккупации района был организован подпольный райком партии.

В этих местах действовал партизанский отряд железнодорожников, командиром его стал М. С. Виноградов, комиссаром — А. А. Седов. Здесь действовала Вторая Особая партизанская бригада под командованием А. М. Литвиненко, комиссар — В. И. Терехов. Эта бригада сыграла важную роль в освобождении Осташковского района от фашистов. Весной 1942 года Вторая, Особая была переформирована в Третью Ленинградскую бригаду, которую возглавил А. В. Герман.

Жители селигерского края от мала до велика проявляли чудеса героизма в период войны 1941—1945 годов. Гордятся осташи своими славными земляками, которым присвоено высокое звание Героя Советского Союза: это В. И. Быков, И. М. Жагренков, И. А. Григорьев, К. С. Заслонов, Е. И. Чайкина, П. И. Корсаков, В. К. Новиков, А. Г. Родин, Н. Е. Соловьев.

Красивые белые теплоходы каждую весну и лето бороздят воды Селигера. Эти теплоходы носят имена людей, отдавших жизни за мир на земле, за наше счастье.

В самом красивом месте Осташкова — парке Свободы в 1958 году был установлен памятник партизанам Великой Отечественной войны. Сюда в День Победы приходят люди и кладут к его подножию цветы.

Осташков растет и строится.

В городе есть кожевенно-сырьевой завод, швейная фабрика, маслозавод, рыбозавод, мясокомбинат, хлебокомбинат, пивзавод, различные строительные организации, несколько средних школ, музыкальная школа, финансовый, ветеринарный и механический техникумы, профессионально-техническое строительное училище.

Меняется облик Осташкова. Старая часть города стала своеобразным архитектурным заповедником. За несколько лет вырос новый микрорайон с многоэтажными жилыми домами, торговым центром, гостиницей.

Ленинградским институтом проектирования городов разработан генеральный план развития Осташкова. План предусматривает строительство новых жилых районов, гостиниц, магазинов, предприятий общественного питания и бытового обслуживания. В новом микрорайоне на берегу Селигера строится культурно-просветительный центр с клубом, рестораном, Домом учителя, городской библиотекой. В этом же районе планируется и площадь для народных праздников. Рядом с новым центром разместится пансионат на 2000 мест с кинозалом, рестораном, кафе, со спортивным комплексом.

В старой части после реконструкции разместится административный центр. Старую и новую части города соединит главная улица — широкий бульвар по набережной Селигера. Вдоль него встанут две гостиницы, водноспортивный комплекс и лодочная станция, торговый центр и учреждения бытового обслуживания.


ГОРОДОМЛЯ и ХАЧИН

Теплоход идет по самому широкому плесу — Осташковскому. Открывается вид на остров Городомля. Вековые сосны задумчиво смотрят в озеро. Городомля, второй по величине остров на Селигере, на востоке переходит в длинную песчаную косу. На острове есть очень красивое Внутреннее озеро с маленьким островком в центре.

Раньше остров Городомля принадлежал боярину Борису Федоровичу Лыкову, который в 1629 году подарил его мужскому монастырю Нилова Пустынь с правом пахать, косить, рубить лес, а также ловить рыбу во Внутреннем озере. В конце XIX века Нилова Пустынь основывает здесь Гефсиманский скит, куда отправляли на житие престарелых монахов-схимников. До наших дней сохранились деревянная ярусная церковь и около двух десятков маленьких рубленых домиков в одно-два окошечка, стоящих в лесу, на высоком берегу Внутреннего озера.

В период 1890—1891 годов на острове Городомля побывал художник И. И. Шишкин, которого по праву называют «певцом русского леса». Работы, которые он привез отсюда, носят этюдный характер, в настоящее время известны только по каталогу персональной выставки художника, состоявшейся осенью 1891 года в залах Петербургской Академии художеств. В связи с этим В. В. Стасов писал: «Шишкин — художник народный. Всю жизнь он изучал русский, преимущественно северный лес, русское дерево, русскую чащу, русскую глушь. Это его царство, и тут он не имеет соперников, он единственный».

В километре от Городомли расположен самый большой остров Селигера Хачин, площадью в 32 квадратных километра, протянувшийся с севера на юг на двенадцать километров, с запада на восток — почти на восемь. Хачин омывается водами Осташковского, Кравотынского, Троицкого плесов, а также Непринской протоки.

На Хачине настоящее Берендеево царство: сосны с заросшими лишайником стволами, старые корявые ветви, покрытые белым мхом, похожие на старичков-лесовиков.

В тихую погоду сосны стоят, словно разморенные. Солнце золотит их янтарные стволы. Темно-зеленая хвоя плотно закрывает просветы между деревьями. Смоляная испарина тонкой прозрачной дымкой струится над Хачином. Воздух напоен смолой. Вдруг откуда-то налетает стремительный вихрь. Стоит протяжный тревожный гул, раскачиваются деревья, споря с ветром. Постепенно ветер стихает, и снова наступает торжественное спокойствие...

Ночью лес наполняется многоголосым гомоном: протяжно кричит у озера выпь, в чаще грозно ухает филин. Посапывая, осторожно крадется к ручью на водопой барсук. В лунную ночь деревья светятся, словно фосфорные, высоко в небе ярко мерцают звезды, озаряя дорожку Млечного Пути, в мягком мхе загораются живые огоньки светлячков.

Тихо гаснет небосклон. Светает поздно. Тонкие снопики света с трудом просачиваются сквозь тяжелые иглы сосен. Внизу, на земле, еще темно, а вершины деревьев уже освещены, изумрудом сверкают на фоне голубого неба.

К середине августа в лесу начинают появляться легкие паутинки, чувствуется приближение осени. Желтеет и опадает старая хвоя, устилая сухим ковром землю. Краски сгущаются, становясь контрастными. Воздух наполняется резким запахом сырости и грибов. В это время на Хачине шумно: сюда собираются перед отлетом стаи птиц, превращая остров в настоящий птичий базар.

К октябрю остров затихает. Лишь изредка нарушает тишину дробный стук дятла. Часто идет мелкий осенний дождь. Но вдруг выглянет из-за тяжелых серых туч солнце, весь лес засветится, словно хрустальный.

Зимой в лесу много снегу. В морозный солнечный день звезды снежинок ярко светятся. Лес живет своей зимней жизнью. Высоко на дереве притаился пестрый дятел, на ветвях можжевельника сидит веселая стайка снегирей, а иной раз посчастливится увидеть зайца — подбежит, посмотрит удивленно — и наутек.

На острове — тринадцать внутренних озер. Все водоемы проточные, соединены между собой и имеют сток в Селигер. Они спрятаны в самой гуще леса. Чаще всего озера лежат глубоко внизу, берега их высокие и обрывистые, поросшие лиственными деревьями.

Внутрихачинские озера удивительно красивы. Самое восточное озеро — Гнилецкое — сильно заболочено. Берега высокие, топкие, поросшие камышом и осокой. Большие круглые листья лилий с белыми цветами на длинных стеблях расплылись по всему озеру и напоминают причудливый ковер.

Севернее — еще три озера: Кобыльское, Пустое и Запольское. В Пустом озере никогда не водилось рыбы, поэтому оно и получило такое название. Еще дальше на север через молодой сосняк тропинка приводит к Щучьему, Плотвичьему, Остречьему и Карасевому озерам. Названия «рыбные»: в Щучьем водятся щуки, в Плотвичьем — плотва, в Остречьем — маленькие головастые окушата, в Карасевом — караси.

Самые удивительные озера на Хачине — Белое и Черное. Черное озеро правильной овальной формы, маленькое, но очень глубокое. Оно похоже на свинцовую чашу, налитую меж сосен. Озеро неприветливое и суровое. А рядом с ним — озеро Белое, такое же'по форме, но светлое, чистое и прозрачное, веселое и радостное. В народе Белое озеро называли священным, верили в его «чудодейственное» свойство: будто некрасивый человек, окунувшись в воду, выходил красавцем, а старик становился молодым. Много людей приходило сюда за счастьем.

Самое северное озеро на Хачине — Долгое, находится оно на мысе Долгий. В южной части Хачина, на мысе Толстик, есть еще Белое озеро, которое из-за его местонахождения называют Южное Белое.

В самой узкой южной оконечности Хачина в конце XVII века монахами из Ниловой Пустыни и жителями западного побережья был прорыт канал «Копанка» протяженностью в двести метров. По этому каналу доставлялся на строительство монастыря Нилова Пустынь кирпич, который обжигали на полуострове Коровьем, подаренном в XVII веке монастырю боярином Ртищевым.

Деревня Волоховщина — самая большая из всех деревень острова. Здесь находится сельский Совет, магазин, начальная школа. Всего на Хачине пять деревень: Волоховщина, Хретень, Сальниковщина, Ласкаревщина и Конево. До Великой Отечественной войны была на острове еще одна деревня — Степановщина. Самой деревни сейчас не существует, а название ее носит пристань, где останавливается рейсовый теплоход Осташков—Свапуще.

Хачин — любимый остров туристов. На его берегах каждое лето вырастают разноцветные полотняные города. Это «дикари» разбрасывают свои палатки. На юго-востоке, неподалеку от мыса Толстик, располагается спортивно-оздоровительный палаточный лагерь студентов Московского технологического института легкой промышленности. Неподалеку от этого лагеря — летняя база отдыха московских железнодорожников «Вагонник».


Остров СТОЛБНЫЙ

Рейсовый теплоход Осташков—Полново медленно отходит от городской пристани. Позади остается остров Кличен, и из-за кромки леса Городомли всплывают контуры грандиозных построек бывшего монастыря Нилова Пустынь. Вскоре можно будет увидеть весь остров Столбный, узкой насыпью соединенный с материком.

Остров Столбный был необитаемым до 1528 года, когда на нем поселился отшельник. Известно, что родился он в конце XV века в новгородских землях, принял обряд пострижения в монахи и назвался Нилом. На острове отшельник сделал пещеру, в которой провел первую зиму. Весной он срубил себе часовенку. Люди приходили к нему за молитвой, наставлениями и исцелением.

Все казалось бы просто. Жил отшельник, творил «чудеса», вел благопристойный образ жизни, этим и прославился. В честь его и строят позднее грандиозный монастырь. Но XV век на Руси — это период становления и укрепления централизованного государства. Уместно вспомнить слова Ф. Энгельса, назвавшего церковь «наиболее общим синтезом и наиболее общей санкцией существующего феодального строя».

Идеология того времени — идеология церковная. Церковное объединение значительно опередило политическое. Московский царь использовал церкви, монастыри для укрепления своей власти. Именно с этим процессом связано образование монастыря на острове Столбный. Селигер в то время имел большое экономическое значение: по озеру издавна пролегал один из важных водных торговых путей. Остров Столбный до конца XV века числился во владениях Великого Новгорода. И уже несколько позднее Москва с целью укрепления своих позиций на северо-западе организует новую обитель — Нилову Пустынь.

В XVII веке царь Алексей Михайлович дал Пустыни право безоброчной рыбной ловли на озере Ильмень. На острове появился яблоневый сад, были построены две мельницы на реках Сорога и Сиговка. На полуострове, рядом с монастырем, в селах стали заниматься хлебопашеством.

В первой половине XVIII века Нилова Пустынь становится крупным церковно-крепостническим поместьем. В 1724 году сенат «определенье сотворил»; и все озеро Селигер было отдано во владение монастырю. В 1778 году в приходо-расходных книгах подведен итог земельным приобретениям: «Всей земли за Ниловой Пустынью состоит 4769 десятин и 670 сотен». Монастырь имел подворья в Осташкове и Москве.

Особый интерес на острове Столбный представляли деревянные сооружения. В Москве в Государственном историческом музее хранится икона начала XVII века с видом Ниловой Пустыни. На ней изображен остров, обнесенный деревянной оградой с двумя — большими и малыми — Святыми воротами и высокой красной надвратной колокольней, завершенной небольшим барабаном и одной главкой. Над всеми строениями возвышается одноглавая трехъярусная Богоявленская церковь с кровлей-каскадом. Такой тип ярусной деревянной церкви не часто встречается в древнерусском зодчестве. Как аналогию изображенному на иконе храму в русской архитектуре можно привести лишь сохранившуюся церковь Иоанна Предтечи на Ширковом погосте, неподалеку от истока Волги. Вероятно, это местный тип храма.

Время с середины XVII века до 70-х годов можно условно назвать вторым периодом деревянного строительства в Ниловой Пустыни. Это период укрепления централизованной государственной власти. Самодержавная власть оказалась настолько сильной, что не побоялась пойти на открытый конфликт с высшим церковным авторитетом — патриархом. Сама церковь, вековая охранительница незыблемости существующего строя, оказалась в состоянии раскола.

В русской культуре складывается тенденция к усилению светских мотивов, отказу от старых церковных канонов. Никон тщетно пытался официально запретить традиционные приемы строительства шатровых церквей.

Все деревянные строения Ниловой Пустыни можно представить по иконам середины XVII века. Это — две новые ярусные церкви, имеющие редкое щипцовое покрытие. И хотя в связи с церковным расколом изменился тип храма, вдали от Москвы ясно ощущалась связь с более ранней традицией. Это особенно хорошо выражено в деревянных строениях монастыря Нилова Пустынь.

Следующий, качественно новый период в развитии Ниловой Пустыни — это каменное строительство. Толчком к нему послужил пожар 27 августа 1665 года, в результате которого сгорели все деревянные строения. Новый, каменный собор начали строить в 1671 году. Сооружаются кухня, квасовня с погребом и ледником, запасная палата, кельи больничные и три кельи братские, монастырская ограда и, наконец, больничная церковь Нила, позднее переименованная в церковь Всех святых.

Первоначальные каменные строения почти не сохранились, а дошедшие до нашего времени — сильно перестроены. Иконографические источники дают точные сведения о первоначальном Богоявленском соборе. По пропорциям, масштабу и декору строение можно отнести к ярославской школе зодчества. Интересно, что именно на этот собор ориентировались позднее мастера, возводившие в самом Осташкове Троицкий собор (1697 г.).

Следующим строительным этапом явилось XVIII столетие. Вторая половина века — период подлинного расцвета Ниловой Пустыни. К этому времени из прежних зданий сохранились лишь соборная Богоявленская церковь и церковь Всех святых, остальные сооружения значительно перестроены. Переделаны из одноэтажных в двухэтажные все монастырские и гостиные кельи. Появляются новые храмы и хозяйственные строения в разных частях острова. Складывается четкая планировка всего комплекса. В восточной части Столбного—монастырский двор, западнее от него — гостиный и конный дворы, в южной стороне острова — территория фруктового сада, церковь Воздвижения и липовый парк.

Последним строительным этапом в Ниловой Пустыни явилась первая половина XIX столетия, отмеченная невиданно крупными масштабами сооружений, полностью менявшими весь облик комплекса. На месте храма XVII века появился Богоявленский собор, вместо прежних архиерейских келий с деревянным вторым этажом — великолепные архиерейские и братские корпуса.

Центральное место на острове Столбный занимает Богоявленский собор, своим масштабом определяющий размеры всех остальных зданий. Его проект был заказан известному столичному зодчему Карлу Ива» новичу Росси. Архитектор представил сооружение в псевдоготическом стиле. Здание не могло «организовать» весь комплекс сооружений, проект не был осуществлен.

Богоявленский собор был построен по проекту Иосифа Ивановича Шарлеманя в стиле позднего классицизма (1821—1833 гг.). Собор трехнефный, увенчан пятью куполами (шестой купол поздний). С трех сторон — шестиколонные портики. Стволы колонн, капители и детали антаблемента — белокаменные. Над западным портиком возвышается трехъярусная колокольня. Интерьер храма отделан по проекту тверского губернского архитектора Ивана Львова. Особо богато декорирован центральный неф, стены покрыты искусственным мрамором двух цветов: белый — на стенах и желтый — на пилястрах. Базы пилястр — из белого камня, капители, карнизы — из гипса, позолочены. Боковые приделы декорированы значительно скромнее.

На строительстве храма работали мастера из разных мест: Сергей Илларионов из деревни Жар, Иван Андреев из Старицы, Иван и Василий Стрельцовы из московского города Подола, Михаил Волков из Торжка и другие. Все художественное оформление интерьера выполнил осташковский живописец Терентий Глазухин.

В комплексе монастырского двора с центральным храмом гармонично «увязаны» две надвратные церкви — Нила, Петра и Павла. Эти церкви играют большую роль в создании живописного силуэта всей Ниловой Пустыни. По приходо-расходным книгам монастыря удалось установить имя строителя церкви Нила: «Вотчины Троицкого Селижаровсвого монастыря крестьянину и подрядчику при строении новой каменной церкви Фоме Павлову денег дано 150 рублей». Церковь Нила (1751—1755 гг.) построена по образцу надвратной церкви московского Донского монастыря. Местный мастер был хорошим строителем, но не обладал той отточенностью и изысканностью строительных приемов, которые характерны для московских мастеров. Поэтому детали декора в Ниловой Пустыни «огрублены» и хуже проработаны. Нижний ярус церкви Нила относится к XVII веку, это остатки старых восточных ворот монастыря. Второй ярус храма был изменен пристройкой, третий — остался без изменений.

Надвратная церковь Петра и Павла (1760—1764 гг.) над западными воротами монастырского двора построена в стиле барокко. По своему типу она близка памятникам соседнего города Торопца. Особенно ярко прослеживается это в декоре наличников — такое сложное «плетение» наличников встречается лишь в Торопце.

Особый интерес вызывает декор нижнего яруса церкви. Здесь и висячие «гирьки» в нишах, и барочные наличники, и, наконец, колонны, столь характерные для классицизма. Такое удивительное стилевое разнообразие мог допустить лишь провинциальный мастер. Церковь Петра и Павла — одно из немногих строений, где сохранился декор интерьера. На стенах второго яруса — тонированная барочная лепнина. Представлены сцены «Коронование Марии», «Крещение», «Рождество Христово», «Положение во гроб». Все лепное убранство выполнено местным мастером Сергеем Васильевым. Интересно отступление от принятых иконографических канонов в изображении святых. Наивными кажутся многие детали: в «Рождестве» ясли из плетеных ивовых прутьев похожи на большие заплечные корзины местных крестьян. Иконы и роспись выполнил осташковский живописец Борис Еремеев Уткин.

Церковь Всех святых (1699—1723 гг.) — самое древнее сооружение комплекса — сейчас полуразрушена. Судя по сохранившимся следам. храм представлял собой небольшой четверик, перекрытый сомкнутым сводом. С востока примыкала полукруглая алтарная апсида. Покрытие храма — четырехскатное. Раньше было пять глав, установленных на стройных барабанах с «каменными бусинами». Позднее в связи с увеличением масштабов комплекса произвели перестройку церкви Всех святых. Эту работу выполнил тот же селижаровский мастер Фома Павлов. Отсюда становится ясно, почему у всех церквей, столь разных стилистически, достигнуто органическое единство. В результате перестройки церкви Всех святых все древнерусское «узорочье» было безжалостно стесано, плоскости стен стали гладкие, лишь по углам появились пилястры. Ряд кокошников частично срубают, полностью заштукатуривают. Протягивают пояс «сухариков», карниз с грубой профилировкой, а для увеличения высоты сооружения надстраивают большие фронтоны. В результате перестроек церковь Всех святых утратила свою живописную интимность, но зато приобрела некоторую статичность и монументальность. Кроме того, здание вписалось в комплекс более поздних построек.

С северной стороны монастырский двор замыкается длинным двухэтажным зданием — трапезной, к западному фасаду которой примыкает небольшой участок первоначальной монастырской ограды середины XVII века. На западе территория монастырского двора ограничена братским и настоятельским корпусами, перестроенными из более ранних монастырских сооружений — ограды, швальни и чеботарни конца XVII столетия.

На западе к настоятельскому корпусу примыкает двухэтажное здание архиерейских келий. В состав корпуса вошли также более ранние строения монастыря. Перестройка осуществлялась по проекту тверского губернского архитектора Ивана Львова. Архиерейские кельи, построенные в стиле псевдоготики, — очень большие, размер их подчинен центральному Богоявленскому собору. Именно эти две постройки определяют масштаб всего комплекса.

Последней крупной монастырской постройкой является Светлицкая башня (1868 г.), стоящая перед въездом в Пустынь. Нижний ярус башни служил проездными воротами, а в верхнем размещались кельи сторожа и привратника, над барабаном поднимался высокий тонкий шпиль, на котором во время непогоды ночью зажигали фонарь.

На запад от монастырского двора расположены комплексы гостиного двора с большими зданиями гостиницы, странноприимного дома и конного двора. Самыми поздними, сложившимися уже в XVIII столетии, явились постройки фруктового сада, расположенные в южной части острова Столбный. Неподалеку на небольшой возвышенности стоит Воздвиженская церковь, построенная в 1784—1788 годах. Этот храм отличен от всех остальных своей живописностью и камерностью. Композиция удивительно проста: восьмерик на четверике, с востока примыкает полукруглая апсида. Церковь богато декорирована. Наличники окон прямоугольные, по краям имеют капли, сверху — сандрики. По фасаду часто расставлены парные ионические пилястры. Кровля прихотливо «ломается». В интерьере сохранилась барочная лепнина.

Несколько лет назад на острове Столбный начались реставрационные работы. После завершения их в бывшем комплексе монастыря разместится центральная туристская база. На этой базе должен быть организован музей Ниловой Пустыни, а все здания комплекса будут использоваться для системы организованного музейного показа архитектуры XVII — XIX веков.


КРАВОТЫНЬ

Кравотынь... Что-то грозное слышится в этом слове.

В XIII веке, воспользовавшись междоусобными войнами князей, на русскую землю обрушилась огромная сила кочевников татар. Враги предавали огню и мечу все и вся. Образное описание татарского ига оставил владимирский епископ Серапион: «Нашел на нас народ немилостивый, народ лютый, не щадящий красоты юношей, немощи старцев, младости детей... Разрушены церкви, осквернены священные сосуды, потоптана святыня; кровь отцов и братьев наших, словно вода, обильно поила землю... Села поросли сорною травою...»

Хан Батый покорил почти все русские княжества, но в ста верстах от стольного града Новгорода, застигнутый весенней распутицей, неожиданно повернул на юг, к Козельску. Татарское иго довлело над Русью около двух столетий, новгородские земли остались непокоренными. Здесь в течение XIII—XIX веков свободно развивалось искусство, сохранились ценные памятники домонгольского периода.

На Новгород Батый «гнашася от Торжку Серегерским путем, даже до Игнача креста, и точно за сто верст до Великого... города не дойдоша...» И хотя летописец указал расстояние и, казалось бы, точное место — Игнач крест, до сих пор остается неясным, откуда татары повернули обратно и что такое Игнач крест. Некоторые исследователи полагают, что это село Игнашово бывшей Березовской волости (ныне Осташковского района). Другие считают, что летописец указал на перекресток дорог или водных путей. Третьи — что найденный на кладбище деревни Пет-ровщина древний гранитный крест является таинственным Игнач крестом (ныне хранится в Осташковском краеведческом музее). А некоторые краеведы утверждают, что Игнач крест находится в реке Щебериха, имеет местное название «Евангелиевский камень».

Свинцово-кровавой тучей по Селигеру прошла татарская орда. Те далекие события до сих пор живут в названиях мест: Малне, Татары, Пустынка, Кравотынь. Народное предание рассказывает, что воины Батыя обнесли свою стоянку (тын) заостренными вверху бревнами, на каждое бревно нанизали голову русского пленного, кровь струилась по тыну. Люди то страшное место так и нарекли Кравотынью.

Первое упоминание в летописи о селении Кравотынь относится к 1478 году. По преданию, церковь Введения (1792—1802 гг.) заложена в память о жертвах татарского нашествия. Она построена в конце XVIII века, однако в ней есть приемы хдивного узорочья» древнерусского зодчества, что особенно ярко прослеживается в композиционной схеме.

Церковь стоит на берегу Селигера и обнесена каменной оградой с небольшими угловыми башенками. Основой композиции является высокий четверик, перекрытый сомкнутым сводом, с востока примыкает граненая апсида. На западе расположена двухстолпная трапезная с двумя приделами, перекрытая крестовым сводом с распалубками.

Отдельно стоящая трехъярусная колокольня завершена шпилем. В ней значительно меньше архаичных мотивов, чем в самом храме.

Внутри церкви ничего не сохранилось. Известно, что она славилась иконами и резным иконостасом, до недавнего времени сохранявшимися в кравотынской церкви. Иконостас сделали почти сразу с завершением строительства и впоследствии он почти не менялся. Украшали его каннелированные пилястры, увитые гирляндами роз. В Осташковском краеведческом музее хранятся резные царские врата из Введенского храма. Их большие деревянные створки украшены резными стеблями невиданных растений и лицами ангелов. Работа неизвестного мастера отличается высокой художественностью. Это был поистине ювелирный труд. Резчик выбирал большой кусок липы и вырезал из него всю композицию. Потом на резьбу наносился грунт, а позднее — очень тонкие, прозрачные, размером около восьми-десяти сантиметров пластинки сусального золота.

Создавая прекрасные здания храмов, расписывая их фресками, украшая резьбой и иконами, русские мастера утверждали веру в человека-творца. Произведения искусства, некогда служившие интересам церкви, вошли в нашу жизнь как великие творения рук человеческих.


ЗАПЛАВЬЕ

Деревня Заплавье... Широкий Кравотынский плес, берега, заросшие темным сосновым лесом. В суровом пейзаже иногда вспыхнет пожелтевшее поле с большими копнами соломы. В этой части озера нет больших и малых островов, которыми славится Селигер.

В деревню можно «заплыть», обогнув один из островов. Наверное, и само название «Заплавье» происходит от этого слова — «заплывать».

Издали деревня кажется простой и малоинтересной. Весь берег застроен деревянными сараями и баньками, здесь же — множество лодок, рыбачьи сети.

Заплавье—старинное рыбацкое село. Раньше занимались рыбной ловлей поодиночке или объединялись в артели. Место для лова брали внаем у монастыря Нилова Пустынь, рыбу сдавали скупщикам. Сейчас в Заплавье работает большая бригада Осташковского рыбозавода, лов ведется летом и зимой, все процессы механизированы.

Заплавье — уникальный памятник гражданского строительства. В дремучих селигерских лесах — и вдруг большое белокаменное селение. Песчаная и глинистая почва побережья явилась основой для создания мастерских по обжигу кирпича. Из него и построены все дома.

Интересно то обстоятельство, что во всех архитектурных памятниках селигерского края чувствуется влияние московского, тверского, торопецкого и даже ярославского зодчества. Особняком стоит одна группа архитектурных памятников—жилые дома кояца XIX—начала XX века по восточному побережью Селигера (села Святое, Красуха, Мошенка, Ореховка, Заплавье). Таких построек не отыщете нигде в другом месте: это совершенно самостоятельный куст местной архитектуры.

Пусть порой эти постройки и не отличаются виртуозностью отделки, но в них есть самобытная народная традиция. Это иногда наивные произведения зодчества, созданные руками простого народа. Старинные деревни строились без всяких планов, вековые традиции были той силой, которая превращала хаос отдельных зданий в сложное гармоничное единство.

В Заплавье можно выделить три большие улицы, идущие от Селигера в глубь селения и разветвляющиеся на тесные проулки. Все это напоминает небольшой городок. В центре села, на перекрестке трех улиц, образовалось большое пространство, похожее на городскую площадь. Мастера сумели, по-видимому, интуитивно, так расположить постройки, что все они, разбросанные хаотично, составляют неповторимый единый архитектурно-художественный комплекс.

В конце XIX столетия, в связи с развитием капиталистических отношений в деревне, появляются каменные дома и в далеком селении.

Самое большое и нарядное здание — это Заплавская школа. Углы дома немного скруглены, окна большие, часто расставлены. Интересно, что народные мастера в декоре фасадов использовали довольно наивный прием, который никогда не допускался в столичном строительстве. В простенках между окнами они «перевернули» полуколонны так, что база оказалась вверху и слилась со сложным карнизом, а капители полуколонн прошли внизу, по самой середине фасада, образуя горизонтальный фриз. Над центром здания возвышается большой мезонин с несколькими оконцами, фронтон украшен двумя резными когтистыми орлами.

Во многих зданиях ясно и четко проявляются отголоски традиций классицизма. Строгий, четкий фасад, прекрасно проработанные филенки и пилястры.

Часто к фасаду примыкает высокое красивое крыльцо и добротные каменные ворота под небольшой двускатной кровлей из щепы. Дома большие и просторные. Кровли старые, на них теперь растет мягкий темно-зеленый мох. Это чем-то напоминает богатое бархатное покрывало, небрежно наброшенное на здание.

Деревянные дома в Заплавье относятся к началу XIX века. Они славятся художественной резьбой по дереву, украшающей мезонины, наличники, углы построек. Плотник, рубивший дом, часто оставлял на мезонине надпись с именем строителя и хозяина дома. Большим мастерством обладали безымянные зодчие, использовавшие простые, несложные приемы. Грубая шероховатая плоскость доски прорезана маленькими кружочками, ромбиками, кривыми линиями. Мастер, как волшебник, слагает эти детали в большие развернутые композиции.

Красивые легкие узоры, напоминающие причудливые ветви какого-то диковинного растения, обрамляют окна. Часто резные узоры напоминают золотых рыбок, лебедей, драконов. В эти композиции мастер вводит чисто геометрические орнаменты, добиваясь тем самым особой четкости и строгости художественного решения. Особенно хороши дома, срубленные в Заплавье плотником Алексеем Федоровым Мазовым.

Село Заплавье можно назвать русским чудом. Это чудо создано руками простых людей, которые исстари славили нашу Русь.


НИКОЛО-РОЖОК

Высокий, правильной формы холм на самом берегу Селигера— старое городище Николо-Рожок. Сейчас на холме — столетний хвойный лес и плакучие березы. Сквозь заросли виднеются контуры Успенской церкви. Это удивительно красивое и поэтичное место.

Первое поселение славян-кривичей на городище Николо-Рожок относится к Х—XII векам. Раскопки здесь проводились археологами Государственного Исторического музея. Результаты исследования оказались интересными. Были найдены женские бусы, перстни, серьги, височные кольца, характерные для Прибалтики и Скандинавских стран. Обнаружены шиферные пряслицы, которые изготовлялись лишь в городе Овруч на Украине. Предметы труда — каменные зернотерки, серпы, глиняные грузила для ловли рыбы, остатки керамической посуды— свидетельствуют о гончарном и рыбном промыслах, а также о земледелии. В раскопках прослеживаются следы разрушений и пожарищ. По-видимому, городище было разрушено в XIII веке татарами.

В XV веке слобода Николо-Рожок с церковью Николы Угодника на старом городище принадлежала ржевскому удельному князю Константину, сыну Дмитрия Донского. Князь Константин перед смертью постригся в монахи, по его завещанию слобода с церковью перешла московскому Симоновскому монастырю. Николо-Рожок явился укрепленным пунктом на северных подступах к Московскому княжеству.

Церковь Успения, дошедшая до нас, построена в 1763—1768 годах. Позже с южной стороны появилась высокая надвратная колокольня, а затем кладбище вокруг церкви обнесли каменной оградой с башнями. В середине XIX века перестраивается трапезная храма, получив еще один придел, с севера.

Церковь очень архаична, особенно ярко это прослеживается в композиции, столь характерной для конца XVII века. Зодчий строит храм из отдельных объемов. В центре — четверик, перекрытый сомкнутым сводом, вверху — два ряда кокошников из лекального кирпича. Храм венчают пять главок. На востоке — граненая апсида, с запада— двухстолпная трапезная, с юга и севера — приделы. Подобно ниткам дорогих бус выложены из кирпича аркатурно-колончатые пояски барабанов. Кокошники барабанов и четверика Успенского храма имитируют детали архитектуры более раннего периода. С этими архаичными деталями тактично «увязаны» пилястры, оконные наличники, выполненные в стиле барокко.

Отдельно стоящая колокольня более поздняя, чем храм. В нижнем ярусе — полуциркульный входной проем. Второй ярус самый высокий, по сторонам света — проемы звона. Над ним возвышается совсем маленький ярус, форма которого отдаленно напоминает второй ярус. Венчает колокольню главка на высоком восьмигранном барабане.

Архитектура колокольни имеет много общего с колокольней Троицкого собора в Осташкове и с надвратной церковью Петра и Павла в Ниловой Пустыни.

В двух километрах от старого городища находится туристская база «Сокол», которая начала действовать в 1959 году. Сначала туристы размещались только в палатках. Теперь на их месте — домики-коттеджи. На туристской базе создан общественный центр, который включает столовую, кинозал, туркабинет, в будущем появятся новые спальные корпуса, лодочная станция.


НОВЫЕ ЕЛЬЦЫ, КЛИМОВА ГОРА, КАРТУНСКИЙ БОР

Теплоход идет курсом Осташков—Свапуще. Слева почти на всем протяжении пути тянется материк, а справа — бесконечные острова.

Длинной косой врезался в озеро полуостров Коровье, а на нем — село Климова Гора. В старину на полуострове были мастерские по производству кирпича, который через Копанку доставлялся на строительство монастыря Нилова Пустынь. Низкий песчаный берег, близко к воде подходят три сосны, приземистые и раскидистые. Каждую минуту волны накатываются на песок, ветер без конца гнет деревья.

Неподалеку в небольших зарослях стоит красная кирпичная церковь Троицы на Переволоке, построенная в самом конце прошлого века в псевдовизантийском стиле. Небольшая, неуклюжая, сильно разрушенная, она тем не менее оживляет местность.

Слева на длинном песчаном косогоре среди зелени виднеется торжественное усадебное здание, а рядом — небольшие строения. Это бывшее богатое имение тверских помещиков Толстых. Н. Я. Озерецковский, естествоиспытатель, член Петербургской Академии наук, в своем «Путешествии на озеро Селигер» говорил, что «земли господ Толстых протянулись почти от Осташкова до Полнова». Толстые владели такими большими селениями, как Неприе, Княжое, Бухвостово.

По свидетельству Н. Я. Озерецковского, в Ельцах была богатая каменная церковь, полотняная фабрика и кожевенный завод, а также театр, где актерами, певчими и музыкантами были крепостные.

В 1791 году в этом имении родился поэт Яков Николаевич Толстой, член кружка «Зеленая лампа». Толстой принимал участие в Отечественной войне 1812 года и в движении декабристов, был хорошо знаком с А. С. Пушкиным.

До наших дней от барского имения сохранился главный усадебный дом и несколько добротных хозяйственных построек. За этим домом начинался старинный парк, спускающийся террасами к воде.

Старые здания были молчаливыми свидетелями многих событий. В годы Великой Отечественной войны центральный усадебный дом был разрушен, но после окончания военных действий восстановлен. С 1946 года здесь размещается центральная туристская база «Селигер».

Одно из красивейших мест Селигера — Картунский бор. Во время войны здесь размещались госпитали. В центре бора, в трех километрах от деревни Залучье, — братская могила, в которой похоронено более 250 советских воинов.

В лесу, на высоком пьедестале застыла фигура солдата, скорбно склонившего голову. Кругом тишина, лишь что-то грустно поет ветер...


ЗАЛУЧЬЕ

Резко меняется курс теплохода — он входит в большой полукруглый залив. Пристань «Залучье». Здесь самое красивое место на Селигере, не зря туристы говорят: «Кто в Залучье не бывал, тот Селигера не видал».

Холмы, поросшие лесом, как бы толпятся, стараясь поскорее увидеть озеро. Земля усеяна большими и малыми валунами, их здесь так много, что кажется прошел сильный «каменный» дождь.

Над этими просторами возвышается высокий холм правильной формы — это древнее Березовское городище. Оно стоит в том месте, где начинался волок, связывающий Селигер с рекой Щеберихой.

Торговые суда XII—XIV веков — небольшие деревянные ладьи — передвигались под парусами и при помощи весел. Перед началом волока ладьи разгружались, товары на телегах перевозились, а сами суда — переволакивались на деревянных катках-волокушах до следующего водного участка.

Для охраны волока, товаров и судов Березовское городище было укреплено двухметровым валом и несколькими сторожевыми башнями. В центре городища стояла, как свидетельствуют старые книги, церковь Рождества Богородицы.

Рядом с городищем возник большой посад — Березовский рядок. В нем были торговые рядки, где купцы бойко вели обмен и продажу товаров. Теперь ясно название деревеньки, сохранившееся до наших дней.

Березовское городище почти до конца XV века входило во владения Великого Новгорода. Городищем до 1478 года владела жена новгородского посадника Марфа Борецкая, знаменитая противница присоединения Новгорода к Московскому княжеству. Поблизости от городища — самая высокая точка Осташковской гряды Валдайской возвышенности, гора Стрелица. Название позволяет предположить, что на этой горе в древности возвышались сторожевые башни стрельцов, охранявших древний волок.

На Березовском городище сейчас стоит обелиск из темно-серого гранита. Здесь похоронен герой штурма Спасска и Волочаевки генерал-майор И. П. Шевчук, погибший в боях за освобождение селигерских земель от фашистских захватчиков. И. П. Шевчук очень любил Березовское городище. Своим бойцам он однажды сказал: «Если я вдруг погибну, то хотелось, чтобы меня похоронили здесь». Солдаты выполнили просьбу своего командира — похоронили его на высоком берегу Селигера, на месте, красивее которого, по словам Ивана Павловича Шевчука, он нигде не видел.

С Березовского городища открываются бесконечные просторы. Близко к берегу подходит вытянувшийся рогом полуостров Большой Косарь, а еще ближе — заросший кудрявыми деревцами остров Барашек.

На противоположном берегу залива — березовая роща, а в глубине ее — небольшие холмики. Это древний могильник, включающий более ста насыпей. Погребение датируется Х веком. Здесь археологами Государственного Исторического музея при раскопках найдены погребальные урны. В самом кургане обнаружено пять захоронений. Прослеживаются следы большого кострища, а рядом — камни, проржавевшие железные вещи, обломки глиняной посуды.

В другом кургане (XI в.) найден набор женских украшений: височные кольца, бусы из бронзы, витой бронзовый браслет, ожерелья из золота, стеклянных бус и мелкого бисера. В мужских погребениях встречается оружие, обломки керамических изделий, хозяйственный инвентарь.

Сейчас село Залучье — центр совхоза Машугино-Горский, одного из больших мясооткормочных хозяйств Осташковского района. К услугам туристов — кафе, прокатный пункт, магазины.


ВЕРХНЕВОЛЖЬЕ

Медленно разворачиваясь у пристани Залучье,теплоход уходит из тихого уютного залива. Плывет мимо березовая роща, уходит за горизонт гора Стрелица, Березовское городище становится все меньше и меньше. Широк Березовский плес. Чернеет темный лес, мелькают маленькие деревеньки на плоских пригорках. Теплоход подходит к пристани Свапуще — конечному пункту на северо-западе Селигера. Большое село раскинулось на невысоком песчаном склоне. Совсем близко к деревне подходит лес, берега озера топкие, торфянистые.

До 1941 года в Свапуще было 48 домов, больница, пункт по заготовке коры для Осташковского кожевенного завода, большая ткацкая артель. В войну фашисты разрушили деревню, сожгли все дотла.

Особенно ожесточенные бои разыгрались здесь в сентябре 1941 года. Советским войскам был дан приказ — выйти на рубеж Свапуще—Коковкино и любой ценой задержать врага, рвавшегося на Осташков—Калинин для нанесения удара по Москве. Восемнадцать дней шла упорная, кровопролитная битва. За стойкость и героизм, проявленные в боях за Свапуще—Коковкино более пятидесяти бойцов были награждены правительственными наградами.

Сейчас Свапуще полностью отстроено. Эта деревня — центр совхоза «Заозерный». Залечила искалеченная земля раны, но о грозных событиях последней войны напоминают обелиски и фигуры солдат, оставшиеся вечно стоять в бессменном карауле.

Налево от пристани Свапуще есть едва приметная тропинка, ведущая сначала вдоль Селигера, а потом — вверх, на плоский косогор. Дальше — большая проселочная дорога. Так недавно начинался поход к истоку великой русской реки Волги, расположенному в 22 километрах от Свапуще. Добирались пешком, дорога длинная и трудная, но удивительно красивая. Она часто петляет, узкой ниткой протянувшись сквозь густой и тенистый лес. Кое-где молодые, неокрепшие березки, не выдерживая борьбы с могучими елями, низко склоняются над землей.

Километрах в пяти от Свапуще, за маленьким бревенчатым мостком, над ручьем, в зарослях скрывается озеро Гитара. Берега озера невысокие, топкие и вязкие, вода чистая, по берегу разбросаны валуны.

Все дальше и дальше вьется дорога, все ближе и ближе исток. У деревни Коковкино можно свернуть на другой путь, который местные жители называют узкоколейкой. Она проложена в годы Великой Отечественной войны из Свапуще в Волго-Верховье. Сейчас узкоколейка заросла и похожа на всхолмленную гряду. Старые деревянные шпалы кое-где проглядывают из-под земли. Даже в солнечный день здесь всегда мрачно: лучи не могут пробить заросли деревьев.

Но вот лес начинает редеть, светлеет, показывается поле, рядом — деревня. Конец долгого и трудного пути. Вы идете по деревне, где несколько домов образуют одну улицу. Вот и околица с пологим косогором. Внизу, под горой — болото, поросшее небольшими соснами. На самом болоте стоит маленький резной домик, к нему протянут дощатый помост.

Внутри дома нет ничего, кроме огражденного металлическими перильцами колодца, в котором мерцает темная вода. Это и есть исток русской реки Волги, ее заветная колыбель.

Впервые Волга упоминается в трудах древнегреческого историка Геродота (V в. до н. э.). В письменных византийских и арабских источниках она именуется Ра — щедрой, Ателью — рекой рек, великой рекой. Название «Волга» означает «светлая». В «Повести временных лет» сказано: «Из того Волоковского леса потечет Волга на восток и втечет... в море Хвалисское». Волоковский лес — старинное название Валдайской возвышенности. Хвалисским, как уже упоминалось, именовалось море Каспийское.

За исток; Волги принят родник у старой деревни Волго-Верховье. В 1649 году здесь был открыт мужской Преображенский монастырь, но он вскоре сгорел. Позднее сюда поселили приписных к Селижаровскому монастырю людей. Так когда-то началась деревня Волго-Верховье.

В начале XX века в Волго-Верховье открыли женский монастырь. От него сохранилась большая каменная церковь. Над истоком поставили маленькую деревянную часовенку. Чистая и прозрачная родниковая вода считалась целебной, сюда приходили «исцеляться» от кожных и глазных заболеваний. По народным преданиям, вода в роднике была чистой и прозрачной. В 1814 году исток Волги посетил ученый-естествоиспытатель Н. Я. Озерецковский. От отметил, что источник имел темную воду. В мае 1865 года у истока Волги побывал А. Н. Островский. В 90-е годы прошлого века в деревне Коковкино на берегу Стержа некоторое время жил И. И. Шишкин. Несколько раз он ходил в Волго-Верховье, здесь им написаны картины «Лесная глушь в начальном течении Волги», «Первый мост через Волгу». Небольшое полотно «Часовня над истоком Волги» написано в Волго-Верховье другим известным русским художником А. П. Рябушкиным.

В прошлом веке на истоке побывал собиратель русских народных песен П. В. Киреевский. По-видимому, отсюда привез он эту печальную песню:

Ax! He тесно ль тебе, реченька,
Не тесно ли тебе, быстрая,
По подлесью было текучи?

Красота не броская, но запоминающаяся на всю жизнь. Темная кромка леса, рыжеватое поле, высокое небо, Волга — сама Русь.

В Великую Отечественную войну деревня Волго-Верховье была занята немцами. В одной из своих сводок фашисты сообщали: «Наши доблестные войска в результате тяжелых боев заняли местечко Волго-Верховье и форсировали великую русскую реку Волгу». Они, конечно, не указали, что в этом месте Волгу можно легко перешагнуть. При отступлении враги сожгли часовенку над истоком.

Воины Советской Армии, освобождавшие Волго-Верховье, сразу расчистили колодец над истоком, срубили бревенчатый домик, поставили его над родником. Вот одна документальная надпись: «Колодец, разрушенный немецкими варварами, восстановлен. Командир части майор Саложенцев И. И., комиссар части Ужинский В. П., 1942 год».

С невысокого холма, спускающегося к болоту, видно далеко вокруг.

Тянет свежестью. Прямо на глазах рождается туман: сначала он вьется тонкой белой струйкой, потом заклубится и расстелется по земле. Наступает ночь. Едва заметна серебристая струйка Волги-ручья.

Рядом с истоком — мост. Его длина всего три метра, а ширина Волги здесь около полуметра. Несколько дальше истока река образует сразу несколько плесов. Ручей Персянка, вытекающий из болота, — первый приток Волги. Через пять километров в нее впадает ручей Красный. Затем Волга течет через озера Малый Верхит, Большой Верхит. К озеру Стерж Волга подходит едва заметным ручейком. При впадении Волги в Стерж высится большой курган, на котором стоял старинный крест с надписью: «Лето 6641 (1133) месяца июля в 14 день почах рыти реку ею яз Иванко Павлович и крест се поставих». Крест был поставлен в память о готовящемся углублении русла реки с целью улучшения судоходства. Сейчас он хранится в Калининском государственном историко-архитектурном и литературном музее.

Если идти вниз по течению Волги, то оно приведет к одному из красивейших верхневолжских озер — Вселугу, по которому протекает река. На берегу озера стоит один из уникальнейших деревянных древнерусских храмов — церковь Иоанна Предтечи на Ширковом погосте. Она была построена в 1679 году градниками, огродниками, древоделами— так в старину называли плотников. Удивительные это были мастера! Топором да рубанком создавали они ансамбли, перед которыми мы и сейчас останавливаемся изумленные. Таким шедевром является церковь на Ширковом погосте. Она состоит из трех поставленных друг на друга четвериков, с очень редкой кровлей — каскадом. С востока — пятистенный алтарь, с запада, севера и юга — паперть. Венчает храм главка на круглом барабане. Подобные ярусные храмы из дерева редки в древнерусском зодчестве. Известно, что такие храмы были лишь в монастыре Нилова Пустынь и соседнем городе Торжке, это дает возможность утверждать, что подобный тип строения — явление чисто местное.

Интересно отметить, что внутри храм напоминает простую деревенскую избу. Невысокий потолок набран «в елочку», свет, пробивающийся через небольшие окна, не в силах разогнать мрак, стены гладко отесаны, углы скруглены. Сделано это не случайно. В условиях суровой холодной зимы высокие церковные помещения трудно было протопить, с этой же целью делались и маленькие оконца, расположенные так, что свет из них падал на иконостас, и иконы были хорошо видны.

Высокое искусство строителей ярко проявилось и в умении вписать постройку в окружающий пейзаж. Памятник стоит на пригорке, на привольном берегу Волги. На фоне высокого бездонного неба хорошо прорисовывается удивительно стройный силуэт церкви.

Озеро Вселуг к югу незаметно сужается и переходит в другое озеро — Пено, через которое тоже течет Волга. На низком берегу, у самой воды стоит маленький обелиск. Раньше, до 1942 года, здесь была деревня Ксты. В акте Чрезвычайной государственной комиссии по расследованиям злодеяний, совершенных немецко-фашистскими захватчиками, записано следующее: «9 января 1942 года по приказу немецкого офицера, фамилия которого была неизвестна, собрано на площади деревни Ксты Заевского сельского Совета все население деревни. В деревне Ксты жило много женщин, детей, уехавших из различных деревень от преследования немцев. Все население было собрано на площади и окружено немецкими солдатами. По приказу того же офицера советские граждане входили по одному, сначала мужчины, потом женщины и дети в расположенные поблизости два сарая. Как только обреченные переступали порог, их в упор расстреливал находившийся за дверью немецкий солдат...»

В память о погибших на берегу верхневолжского озера стоит небольшой серый обелиск с надписью: «Вечная память советским патриотам, зверски расстрелянным и сожженным немецко-фашистскими захватчиками 9 января 1942 года».


ПЕНО

Быстро несет Волга свои светлые воды к Каспию. Много больших городов расположено на ее крутых берегах — Куйбышев, Калинин, Ярославль, Волгоград, Астрахань... Но немногим известен Пено — первый большой поселок у самых истоков Волги.

У жителей Верхневолжья Пено неразрывно связан с именем Героя Советского Союза Елизаветы Ивановны Чайкиной. В сорока километрах отсюда, в маленькой деревне Руно, родилась Лиза, здесь прошло ее детство. В Пено, Руно и в других местах еще живы люди, знавшие Чайку.

Перед войной Лиза стала секретарем Пеновского райкома комсомола. Веселая, общительная, она умела будить в людях высокое стремление, зажигая товарищей своей энергией и задором.

Когда началась война, Пеновский райком комсомола стал осевым штабом. Отсюда молодежь направлялась на строительство оборонительных укреплений, здесь же формировались партизанские группы.

Уходили из Пено военные эшелоны, в которых ехали на фронт ребята. Лиза всегда приходила на вокзал провожать их, призывала к стойкости, мужеству, служению Родине до последнего мгновения.

Фронт приближался быстро. Перед оккупацией Пеновского района при активном участии Чайкиной были созданы девятнадцать партизанских групп, вскоре и сама она ушла в партизанский отряд. В октябре 1941 года фашисты вошли в Пено. Враги распространяли слухи, что пала Москва, русская армия разбита. Правду о положении на фронте рассказала Лиза. Население воспряло духом, узнав, что Красная Армия героически сражается с врагом.

Фашисты зверствовали. По малейшему подозрению в связи с партизанами расстреливали, вешали, издевались.

На хуторе Красное Прокатище была схвачена и Лиза по доносу предателей. Немцы окружили дом Купоровых, где скрывалась партизанка. На ее глазах эсэсовцы расстреляли семью Купоровых и сожгли их дом.

Чайку привезли в Пено, в немецкий штаб. Она мужественно и стойко держалась на допросах. Несмотря на жестокие пытки, не выдала партизан. Утром 23 ноября 1941 года фашисты привели Лизу на берег Волги. Боясь налета партизан, они спешили расправиться с мужественной русской девушкой. Перед расстрелом Лиза крикнула: «Умираю за Родину! К нам придет победа!»

25 ноября 1941 года полевой суд Второй Особой партизанской бригады приговорил предателей к расстрелу, пеновские партизаны привели приговор в исполнение.

Прошло много лет... Но героический подвиг Лизы живет в памяти людской. В центре поселка, на высоком пьедестале, установлен бронзовый бюст Елизаветы Ивановны Чайкиной, партизанки, Героя Советского Союза. В 1973 году в Пено открылся Музей имени Е. И. Чайкиной. Сюда приходят тысячи людей. В первый день школьных занятий у памятника проходят уроки мужества. Бессмертной Чайке посвящают романы и повести, поэмы и рассказы. Ее имя носят улицы и переулки, пионерские отряды и дружины в различных городах и селах нашей страны.

Самоотверженным трудом советских людей возрожден поселок на верхней Волге. На месте пепелищ и развалин встали промышленные предприятия, из небольшого лесопильного завода~вырос крупный деревообрабатывающий комбинат, продукция которого известна во многих уголках нашей страны. 175 тысяч кубометров древесины ежегодно дает стройкам страны Пеновский леспромхоз. С каждым днем хорошеет земля Верхневолжья, меняют ее облик люди, влюбленные в свой край.


Туристские маршруты

1. Осташков. 400 км от Москвы. Поезд, автобус Москва—Осташков. 650 км от Ленинграда. Поезд Ленинград — Полоцк, в летнее время Ленинград—Осташков, поезда через Осташков: Бологое—Великие Луки, Киев — Мурманск.

2. Остров Хачин. Рейсовые теплоходы Осташков — Полново, Осташков—Толстик, пристань «Мыс Толстик». Рейсовый теплоход Осташков—Свапуще, пристань «Степановщина» — 22 км.

3. Остров Столбный. Рейсовые теплоходы Осташков — Полново, Осташков—Толстик, пристань «Светлица»—11 км.

4. Кравотынь. От Ниловой Пустыни можно проехать на катере, 8 км пешком от пристани «Нилова Пустынь».

5. Заплавье, Рейсовый теплоход Осташков—Полново, пристань «Заплавье» — 22 км.

6. Николо-Рожок. Рейсовый теплоход Осташков—Свапуще, пристань «Заречье»—12 км, пешком 1 км.

7. Новые Ельцы. Рейсовый теплоход Осташков—Свапуще, пристань «Новые Ельцы» — 31 км.

8. Картунский бор. Рейсовый теплоход Осташков—Свапуще, пристань «Залучье» — 44 км, пешком 5 км.

9. Залучье. Рейсовый теплоход Осташков—Свапуще, пристань «Залучье» — 44 км.

10. Свапуще. Рейсовый теплоход Осташков—Свапуще—52 км от Осташкова.

11. Волго-Верховье. 1-й маршрут—теплоход до Свапуще, автобусом до Коковкина, далее — пешком, 2-й маршрут — во время навигации из Пено рейсовым теплоходом до Коковкина — 50 км, далее 8 км пешком, 3-й маршрут — автобус Осташков—Коковкино.

12. Ширков погост. 1-й маршрут—из Пено 30 км рейсовым теплоходом во время навигации до пристани «Ширково», 2-й маршрут — из Осташкова, Пено рейсовым автобусом до ост. «Заево», далее пешком 12 км.

13. Пено. 50 км от Осташкова. Рейсовые автобусы Осташков—Пено, Калинин—Пено, поезда Москва—Осташков, Ленинград—Полоцк, Великие Луки—Бологое.


 

 

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский